Loveless forever...

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Loveless forever... » Фанфики по Loveless » "Связи", R


"Связи", R

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

С подначки Акаме-сана. Не совсем то, что просили, но...)

Название: Связи
Фандом: Loveless
Автор: Brian J. Christopher
Пейринг: Ритсу/Нагиса, Ритсу/мама Соби, Нагиса/ее сестра
Рейтинг: R
Жанр: драма/романс
Отказ от прав: персонажи принадлежат Юн Коге. Я своевольно придумал только имена матери Соби и сестры Нагисы, раз уж Кога-сенсей не упоминала их в манге.
Содержание: школьные годы небезызвестных учителей Академии Семи Голосов.
Примечания автора: выбирая имя для сестры Нагисы, я руководствовался значением имени на японском языке (http://www.issendai.com/rpgs/japanese-girls-names.shtml) . Нагиса – «берег», следовательно, ее сестра - Нами («волна»). Написано на Loveless Fest для Иеруа.

~

Нагиса: Это совершенно нормально, когда старший брат во всем опекает младшего!
Ритсу: Неудивительно, что ты на стороне Сеймея. Ты и твоя сестра… ваша любовь тоже была… своеобразной, не так ли?

- Манга Loveless, том 5, глава 3

Нагиса: Ты все еще привязан к этой женщине, да? Хотя она бросила тебя… <…>
Ритсу: Ты очень похож на мать. Мне крайне неприятно ее вспоминать, она была отвратительной женщиной.

- Манга Loveless, том 8, глава 2

1.

- Есть ли у кого-то вопросы по этой теме?
- Есть, Агатсума-сенсей.
По классу прокатился глухой стон. С задней парты фыркнули. Этот ботаник Минами ни разу не упускал случая поспорить с преподавателем.
- Зануда! - прошипела Нагиса Саган с соседнего ряда. Она всегда садилась наискосок от Ритсу, чтобы при первой же возможности швырнуть скомканный листок бумаги в одноклассника. Когда ей удавалось попасть точно по затылку, она заливалась громким хохотом, за что нередко получала взыскание от особенно придирчивых преподавателей.
А преподаватели, как правило, любили Минами Ритсу. Да и не только преподаватели. Было бы за что!
- Я слушаю, Ритсу-кун.
Нагиса поморщилась. В отличие от других учителей, эта вздорная Агатсума называла учеников по имени. А когда обращалась к Минами, еще и смотрела ему в глаза с эдакой пошловатой улыбочкой. Нагиса терпеть не могла Теорию Связи - а все из-за училки. Уж кто-кто, а Нагиса знала, что из себя представляет Агатсума Аска... Ну и что, что подслушивать нехорошо! Не далее чем вчера вечером она собственными глазами видела, как в кабинет Аски, воровато оглядываясь, зашел один из выпускников - и вышел только через час, со следами помады на помятом воротничке. Интересно, ее муж хотя бы немного ее подозревает?..
- Агатсума-сенсей, я бы хотел уточнить третий пункт четвертого упражнения. Мне кажется, что в данном случае повторяемость следует увеличить, по крайней мере на первой стадии...
Нагиса широко зевнула и растянулась на парте. Если так пойдет дальше, Аска снова задержит их, и в столовой наберется такая очередь, что пообедать никак не получится.
Девушка лениво наблюдала за Ритсу. Разумеется, сейчас он выглядит совсем не так, как на других уроках. Обычно он спокоен, собран и смотрит на всех, включая учителя, сверху вниз, пропуская смешки одноклассников мимо ушей. А ушки у него, между тем, очень даже милые: светло-серые, бархатные, с небольшими кисточками на концах. Так и хочется за них дернуть, особенно сейчас... Да уж, на уроках Агатсумы Ритсу будто подменяли: он слушал ее с горящими глазами, записывал каждое слово, а когда учительница обращала к нему взгляд, навострял ушки и вытягивался в струнку, готовый тут же вскочить и ответить на вопрос. Ну и гадость! Он вообще понимает, как по-идиотски выглядит? Ясно, как день, что он втюрился в училку, в эту шлюху-училку, в якобы "лучшего Бойца школы Семи Лун за последние пятнадцать лет"! Нагиса ни секунды не сомневалась, что этот статус Агатсумы тоже повлиял на чувства Минами-идиота. Кроме Аски, Ритсу интересовался только одним: Связью.
Ритсу выслушал ответ Аски, кивнул и сел. Нагиса заметила, что его щеки слегка порозовели. Придурок. Вот придурок! Девушка вырвала из блокнота листок и быстро черкнула две строчки: "Выйди охладись, зануда. На тебе можно яичницу жарить". Скомкав листок, Нагиса прицелилась и щелчком отправила записку в полет. Траектория была просчитана идеально: бумажный шарик залетел прямо в пушистое серое ухо.
- Нагиса-кун!
Черт! Агатсума как раз подняла глаза от журнала и с довольной улыбкой смотрела на шкодливую ученицу.
- Да, Агатсума-сенсей? - Нагиса встала, оправляя пышные оборки платья. Глаза - сама невинность.
- Я понимаю, что тебе сложно сдерживать чувства, которые ты испытываешь к своему однокласснику, но не могла бы ты немного подождать? Урок закончится через пять минут!
Нагиса вспыхнула и бросила взгляд на Ритсу. Тот поправил очки и улыбнулся уголками губ. Самодовольная скотина!
Звонок спас Нагису от дальнейшего унижения. Она кинулась прочь из класса, по дороге как следует пихнув Ритсу локтем в бок.
- Дура, - сказал ей вслед Ритсу. Девушка поджала губы, но не обернулась. 

2.
   
- Ритсу-кун? Задержись, пожалуйста, на минутку.
Ритсу поднял глаза на учительницу. Аска мягко улыбнулась ему и закрыла журнал.
- Да... конечно, Агатсума-сенсей.
Он неловко затолкал тетрадь и учебник в переполненную сумку и дернул молнию. Застегиваться сумка никак не желала. Щеки начали предательски гореть: ну почему всегда так?.. Преподаватели практики гордились его собранностью и уверенностью движений, утверждали, что не встречали такой талантливой Жертвы уже много лет - а на самом-то деле он не менее неуклюж, чем та же Саган, разве что чуть спокойнее.
- Ритсу-кун, у нас достаточно времени, не обязательно так спешить.
Оказывается, пока Ритсу тщетно боролся с сумкой, Аска встала из-за стола и подошла к его парте. Мягко отстранив его руку, учительница перевернула торчащий из сумки учебник и легким движением застегнула молнию.
- Спасибо, Агатсума-сенсей…
- Я не хочу, чтобы ты потерял какой-нибудь из конспектов по дороге в столовую, - Аска присела на край парты прямо перед учеником. – А теперь к делу.
Ритсу поджал губы. Сидеть на столе – нетипично для преподавателя, но Аска… все в ней было легко и грациозно. Взять, к примеру, волосы. Ритсу никогда не любил длинные волосы, особенно когда их обладатели не утруждали себя сооружением прически, а оставляли свободно лежать на плечах – ему казалось, что это выглядит крайне неопрятно. Аскины же светлые, совсем почти белые волосы слегка закручивались на концах, и когда она кивала или качала головой, по гладкой, блестящей гриве будто проходила рябь. Длинная челка, как правило, скрывала один глаз, из-за этого часто казалось, что учительница говорит не всерьез: больно хитро выглядывала она из-под челки… В общем, Ритсу восхищался тем, как Аска носит длинные волосы. Как принцесса. Как… богиня.
- Ритсу-кун, ты меня слушаешь?
- Д-да, конечно, сенсей.
Аска хихикнула и коснулась пальцем подбородка Ритсу.
- Тебя и вправду совершенно не волнует, что имя твоего Бойца уже известно?
- Что?..
Ритсу выпрямился. Он ожидал чего угодно, но только не этого. Даже слабая, из разряда фантазий, возможность флирта с Аской была вероятнее.
- Мне не хотелось сообщать об этом при всех, - продолжала учительница, болтая ногами, - пока им незачем знать, что Ритсу-кун скоро перейдет в объединенную группу… А вот мне не терпится увидеть, как ты отдаешь приказы.
Ритсу невидящим взглядом смотрел на Аску.
Боец… Еще два года назад мысли о появлении Бойца вызывали сладкую дрожь. Познать ощущение полного обладания кем-то… Быть не просто Жертвой, но Хозяином, научиться управлять живой боевой машиной… Ритсу с головой окунался в книги о Связи еще за два года до начала основного курса – и тут, совершенно неожиданно, преподавателем самого завораживающего предмета в Академии оказалась она.
- Ну же, расскажи мне, что ты планируешь делать со своим Бойцом? – спросила Аска с довольной улыбкой. – Ты ведь наверняка не удовлетворишься стандартными упражнениями. Может, парочка заклинаний твоего собственного изобретения?.. Мне бы хотелось взглянуть на них…
- Агатсума-сенсей. – Ритсу кашлянул и отодвинулся от нее как можно дальше. Ни в коем случае нельзя дать ей понять… хоть что-то. Нужно изобразить заинтересованность. Даже восторг. Представить, какой была бы его реакция два года назад…
- Да-да, Ритсу-кун? – Аска накручивала на палец волнистую прядь волос, хитро глядя на ученика из-под челки.
- Когда вы сообщите мне имя моего Бойца, сенсей? Мне нужно о многом подумать и как следует подготовиться к встрече. – Ритсу сунул руки глубоко в карманы брюк: легкая дрожь пальцев могла выдать его.
- Я думаю, что не позже, чем через два дня, мне разрешат это сделать, - протянула Аска. – Скажу одно: тебе придется как следует заняться его воспитанием. – Она коротко рассмеялась. – Боец не слабый, но слишком уж застенчивый. Закомплексованный. Да-да, вот это – самое подходящее определение. Закомплексованный. Привык находиться в тени… упс, чуть не проговорилась! – Аска прижала палец к губам и вновь залилась смехом.
Ритсу прикрыл глаза. Он ничего не мог с собой поделать: смех Аски ласкал слух, как меховой воротник – шею.
- На днях я устрою вам встречу, если мне не разрешат объявить об этом официально, - пообещала учительница заговорщическим тоном. – Сегодня же переговорю с директором, и он оповестит Семь Лун… дело нескольких дней, правда.
- Я могу идти? – спросил Ритсу после паузы. Сидеть так близко к ней в напряженном молчании, когда голова забита совершенно разрозненными мыслями, казалось невыносимым.
- Не терпится заняться наукой? – Аска спрыгнула со стола и потрепала его за ухо. Ритсу невольно прижал уши к голове: он обычно не реагировал на ехидные комментарии бесхвостых одноклассников, но внимание учительницы к его ушам и хвосту смущало.
- Да… перемена почти закончилась, мне нужно на следующий урок. До свидания, Агатсума-сенсей.
Покинув кабинет, Ритсу быстро, почти бегом, поднялся на четвертый этаж в туалет для мальчиков. Запершись в кабинке, он достал из кармана пиджака сигареты; скурив первую, он тут же потянулся за второй и прижался спиной к двери.
Боец. Его. Собственный.
- “К парным занятиям можно приступать только тогда, когда способность Жертвы отдавать приказ достигает определенного уровня развития. Опасно начинать укрепление Связи раньше – Жертва рискует потерять часть своего потенциала», - пробормотал Ритсу между затяжками. Он помнил наизусть все ответы Аски на все его вопросы. Связь… Даже зная (лучше многих), что Связь – палка о двух концах, Ритсу всегда считал, что Боец не способен повлиять на его свободу. Рискует ли Жертва потерять часть своего потенциала сейчас, когда ее эмоциональное состояние так нестабильно?.. Готова ли Жертва отдавать приказы Бойцу, который ей не подходит?.. – Кажется, я наказан за свою самоуверенность…
- Минами, ты, что ли?.. – из соседней кабинки послышался голос Кайто, его одноклассника – шута, двоечника и бездарной Жертвы. – Ты что, даже сидя на толчке конспекты заучиваешь?.. Надо Саган рассказать, она оценит!

3.

- Сестра! Ты дома? Наги?..
- Я в ванной. Раздевайся и залезай ко мне!
Нами аккуратно повесила куртку в шкаф и потянулась к застежкам блузки, вглядываясь в свое отражение на дверце. Отступив на шаг, она расстегнула первую пуговицу, потом вторую и третью. Девушка в зеркале кротко улыбнулась и чуть-чуть порозовела, когда из-под блузки показались острые ключицы. Нами тут же опустила глаза и потеребила кончик косички: она знала, что девушка в зеркале нахмурилась, и не хотела встречаться с ней взглядом.
- Эй, ты там долго еще? 
- Уже иду, сестра!.. – тряхнув косой, Нами рывком расстегнула юбку и позволила ей скользнуть на пол; блузка отправилась в шкаф вслед за курткой. Девушка из зеркала по-прежнему хмурилась. Нами решилась взглянуть на нее лишь после того, как завернулась в цветастое кимоно.
- Нами-тян!..
- Я уже тут.
Она остановилась на пороге ванной, обнимая себя руками. Сестра, как всегда, вылила в воду слишком много розового масла и вишневой пены, и вся их маленькая квартирка пахла весенним парком.
- Ты почему не голая? А ну залезай, - Нагиса подула на воду, и воздушный розовый комок с громким шлепком плюхнулся на босые ноги Нами.
- Ой!
- Хочешь получить таким же в глаз? – с вызовом произнесла Нагиса.
- Не надо… ладно, сейчас. – Нами отвернулась и медленно сняла кимоно. Худенькие плечи едва заметно дрогнули. – Я схожу, повешу обратно…
- Не смей. Брось там. Дурочка.
Нагиса перегнулась через бортик ванны и дотянулась до длинной косицы сестры.
- Больно, Наги…
- И будет больно, если не будешь слушать, что говорят старшие! – отрезала Нагиса. – В воду. Быстро.
Нами повернулась и, не глядя на сестру, зачерпнула ладонью воду.
- Горячо…
- Ничего, потерпишь.
Осторожно, опасаясь поскользнуться на мокром полу, Нами забралась в переполненную ванну и устроилась напротив сестры.
- Тут маловато места на двоих.
- Ты всегда жалуешься! Сестры должны мыться вместе. – Нагиса провела ногой по бедру младшей.
- Нам уже не по семь лет, - попыталась возразить Нами, но улыбка завладела ее губами, подгоняя румянец. Что-то должно оставаться неизменным, а ведь времени мало, очень мало.
- Глупая девочка. – Нагиса протянула сестре шампунь. – Распусти волосы, ну же.
- Попозже, хорошо? – Нами протянула под водой руку и сжала ладонь Нагисы в своей. – Я хочу немного согреться, там подмораживает. Сегодня будет снег, я чувствую.
Нагиса склонила голову набок. Когда ее младшая сестренка говорила таким тоном, ей всегда представлялась Боевая Система: черно-коричневая, как выцветшая пленка, запечатлевшая Нами с вытянутой вперед рукой. Заклинания струятся с губ нараспев, как волны, ласкающие берег моря, и вода такая же – белый, черный и коричневый, хотя Нагисе всегда хотелось думать, что море именно такое, как кажется в детстве: «цвета морской волны», любимого цвета маленьких девочек.
- Ты только что со стилистики? – поинтересовалась она.
- А… да. – Нами опустила глаза. Она стеснялась говорить об учебе, а уж сейчас – тем более. – И… кажется, я скоро…
- Что?.. – Нагиса вмиг напряглась.
- Перейду в общую группу. – Нами до боли сжала пальцы сестры и быстро, сбивчиво продолжила: - Меня перехватила после стилистики Агатсума-сенсей. Она сказала, что хочет со мной поговорить. Она расспрашивала меня… о нас. О тебе и обо мне. Она считает, что ты влияешь на меня… дурно. Она сказала: «Тебя давно пора отдать сильной Жертве». Она сказала: «Твои ушки могли бы достаться тому, кто будет управлять тобой правильно».
Нагиса вцепилась одной рукой в бортик ванны, другой – в кисть сестры.
- Я ненавижу ее. Ненавижу эту стерву. – Белая, как мел, Нагиса смотрела прямо в глаза Нами, не моргая, не позволяя отвести взгляд.
Агатсума Аска. Она специально это устроила! Она задалась целью отобрать у Нагисы единственных дорогих ей людей. Да, сейчас Нагиса даже готова была это признать. Влюбиться в Минами Ритсу, в этого ботаника и зануду – узнают, засмеют же!
Но ведь все совершенно не так. Они дразнят его потому, что знают: он сильнее. Они боятся его, эти глупые дети. Они знают: он – настоящая Жертва. Не просто «часть боевой пары, отдающая приказ», как написано во введении учебника. Он – Хозяин, умеющий контролировать каждый вздох Бойца. Он внимательнее других, и оттого способен в мгновение ока вычислить слабость противника. Он всегда докапывается до самой сути, и Связь для него – не мечта о возлюбленном, а действующая сила, которую можно заставить служить, подчиняться.
Более того, он красив. Несмотря на эти дурацкие очки и излишнюю худобу. Он изящен, всегда собран и спокоен. Идиоты все те, кто этого не замечает.
- Наги… - Нами прикусила губу. – Наги, не сердись, пожалуйста.
Нагиса застыла. Ей хотелось швырнуть в сестру чем-нибудь. Или дернуть за косу так, чтобы хрупкая девушка завизжала от боли. Или наброситься на нее и тряхнуть за плечи, и трясти до тех пор, пока та не шепнет тихо-тихо: «Я откажусь, я не поддамся, я не брошу тебя!»
Нами, ее сестра, ее малышка. Младше всего на год, а кажется, что на пять. Ее куколка, ее девочка. Ее продолжение. Кому еще она могла отдать свои ушки, кроме как родной сестре?.. Эта шлюха Агатсума попросту не способна понять то, что чувствует Нами! Она не знает, что такое безоговорочное доверие, полное отсутствие тайн, любовь, в конце концов! Эта дрянь не умеет любить в принципе, и муж ее – слепой дебил, а еще Жертва, называется! Черт побери, они подходят друг другу!
- Нагиса, - Нами попыталась освободить ладонь, - мне больно. Отпусти, пожалуйста.
Нагиса резко разжала руку и отвела взгляд.
- Что ты еще хотела сказать? – подчеркнуто спокойно осведомилась она. Вода в ванне вдруг показалась холодной, как лед. Нами тяжело вздохнула и поежилась.
- Я думаю, что тебе тоже стоит подумать о своей паре, - почти шепотом произнесла она. – Агатсума-сенсей права: нам нельзя так сильно зависеть друг от друга, мы ведь не боевая пара! – Девушка сжала зубы и почти прокричала: - Наги! Что не так? Почему ты против? Я ведь Боец, у меня должна быть Жертва! Почему ты ревнуешь?..
Нагиса обняла себя руками и подтянула колени к груди, сжимаясь в комок.
Да, конечно, Нагиса знала, что когда-нибудь у сестры появится Жертва, а у нее самой – Боец. Наверное, она смутно надеялась… на что? На то, что они окажутся боевой парой?.. Это же смешно. Братья и сестры редко бывали связаны. Только один случай за последние пятьдесят лет – близнецы из американской школы…
- К тому же, - Нами скопировала позу старшей сестры, - ты ведь не в меня влюблена, Нагиса. – Глаза и щеки девушки горели. Шея и грудь покрылась мурашками. Вода действительно остыла, к тому же, из коридора сквозь приоткрытую дверь просачивался свежий морозный воздух – сестра что, оставила открытой окно спальни?..
Нагиса не отвечала. В отличие от сестры, она побелела, как полотно.
- Ты любишь Ритсу. Минами Ритсу, из твоей группы. – Шепот Нами напоминал шелест опадающих листьев: он звучал так же безнадежно, неоспоримо. – У тебя его фотография под подушкой. Ты все время говоришь о нем. И тебе не мешает то, что он – тоже Жертва. Это ведь совершенно не важно, да? Для тебя – не важно.
Нагиса вдруг отчетливо представила себе лицо Ритсу: тонкая улыбка, тонкий нос, тонкая оправа очков, тонкие нахмуренные брови… Он, казалось, весь состоял из острых углов и четких линий, как классическая японская картина. Она боязливо перевела взгляд на сестру: круглое личико, маленькие пухлые губы, глубокие темно-синие глаза… Они, черт возьми, такие разные, Ритсу и Нами! Почему она любит их обоих? Почему не хочет отпускать ни того, ни другого?.. И как объяснить это глупой малышке, если она сама ничего не может понять?.. Нами принадлежит ей, всегда принадлежала, с самого детства. А Ритсу – это… другое.
- Я… пойду, - пробормотала Нагиса и встала. Бело-розовые ручейки потекли по плечам, груди, скользнули по животу. – Мне надо побыть одной.
- Ты вся в мыле, - прошептала Нами, отводя глаза.
- Да… - Нагиса отвернулась, радуясь возможности не смотреть на сестру, и включила душ. Теплая вода согревала кожу, но не могла согреть то, что было внутри.
Нагиса уже стояла на пороге их маленькой квартиры, когда Нами появилась в дверях ванной, закутанная в полотенце.
- Когда ты вернешься?
- К ужину. Наверное.
Нагиса закрыла за собой дверь и прислонилась к ней спиной. Куда теперь идти? Ей идти-то некуда.
Засунув руки глубоко в карманы пальто, Нагиса принялась медленно спускаться по лестнице.
Куда-нибудь. Главное – остаться одной.

4.

Ритсу засиделся в библиотеке допоздна. В голове перемешались правила, примеры, исключения – впервые в жизни Ритсу понял, что запутался. Сначала ему показалось, что он просто выбрал слишком далекий от окна столик, и полумрак библиотеки нагоняет сон. Он пересел, но слова все равно отказывались собираться в отчетливые фразы.
Он захлопнул книгу, на обложке которой значилось: “Временная Связь. Сущность, особенности, функции”, и отложил ее в сторону. На столе оставалось еще две: “Временная Связь как способ замены Постоянной Связи: причины и следствия” и обычный, программный учебник - “Временная Связь: начальный теоретический курс”.
Ни одна из этих книг не смогла дать ответ на его вопрос. Очевидно, насильно забрать чужого Бойца попросту невозможно. Ни посредством Временной Связи, ни как-либо еще. Особенно если Боец провел со своей Жертвой много лет.
Невозможно стереть Имя. Единое Имя - заклинание-символ, в котором заложена сила такого рода, что при обращении к Имени автоматически налаживается Связь Бойца и Жертвы. Так гласит учебник. Если Имя есть, обращение к нему неизбежно произойдет. Так, муж Аски всегда чувствует, когда она устанавливает Связь с учениками на практических занятиях – интересно, это не отвлекает его от работы?..
Ритсу снял очки и откинулся на спинку стула. От таких мыслей легче не будет. Прикрыв глаза рукой, Ритсу попытался представить себе своего будущего Бойца. Парень или девушка? Младше него или старше? Выше или ниже? Насколько восприимчив его Боец будет к приказам? И… какое же у него все-таки Имя?
Когда-то Ритсу завидовал тем, кто уже в двенадцать лет знает свое Истинное Имя. Теперь он тоже завидовал им, но по другой причине: у этих пар не было времени задуматься над тем, что их ждет. Едва проснувшаяся Сила находила выход в Связи, а сама Связь сближала: у малышей попросту не возникало потребности в ком-то другом, в ком-то третьем.
Ты глуп, Минами, непроходимо глуп и наивен. Тебе шестнадцать или тринадцать? Ты ведь всегда чувствовал себя особенным, и когда наконец пришло время поступать в Академию Семи Голосов, ты знал, зачем идешь учиться. Эта сила завораживала тебя, пленяла, интриговала – тебе хотелось знать о ней все, управлять ей, подчинять ее, а вместе с ней – и Бойца. Никто не мог предвидеть…
Ритсу резко встал и собрал книги в сумку.
Никто не планирует влюбленность. Но это не значит, что ей нельзя сопротивляться.
- Я верну книги послезавтра, - сообщил он библиотекарше и вышел.
Домашнее задание сделано. Нет нужды читать что-либо еще. Лучше – вообще не думать.
По привычке Ритсу спустился на четвертый этаж, завернул в туалет для мальчиков и, запершись в кабинке, закурил. Может, стоит сходить прямо к директору и поинтересоваться, нельзя ли отложить встречу с Бойцом? Токугава-сенсей всегда хорошо относился к нему, он выслушает, подскажет советом… Но станет ли директор выслушивать бредни влюбленного подростка? Вряд ли. А на что это похоже, кроме как на бред – по собственной воле отказываться от успеха на боевой арене Академии?..
“Большая разница в возрасте часто влияет на характер Связи, но не всегда негативно. Доказано, что в случаях, когда Жертва на много лет моложе Бойца, резко возрастает действенность приказа: Жертва стремится самореализоваться и преодолеть психологический барьер с помощью Силы, что приводит к высокой дисциплинированности Бойца и, вследствие этого, к более слаженной работе пары”.
Ритсу закрыл глаза и принялся вертеть в руках зажигалку. Никогда раньше учебники не казались ему настолько бесполезными. Оказывается, книги тоже могут предавать.
Из коридора послышались шаги, и мальчик нервно повел ухом: вряд ли кто-то из одноклассников еще в школе. Значит, преподаватель. Не хватало еще, чтобы его отчитали за курение. Он усилием воли заставил себя перестать раздраженно хлопать хвостом по икрам.
Он ненавидел свои хвост и уши. Они выдавали его нервы, особенно тогда, когда нужно было выказать полное спокойствие. Он ненавидел свою светлую кожу. Она выдавала его смущение, особенно тогда, когда нужно было показаться бесстрастным.
Шаги становились громче. Ритсу на всякий случай бросил недокуренную сигарету в унитаз и быстро вышел из кабинки. Успокоив, наконец, дурацкий хвост, мальчик шагнул в коридор – едва не столкнулся лоб в лоб с самой, на его взгляд, неприятной не только во всей Академии, но и во всей Японии, девицей.
- Саган, - он поморщился. – Ты, кажется, чуть дверью не ошиблась. Женский туалет на третьем этаже. Забыла?
- Ты! – воскликнула девица. Ритсу инстинктивно отступил на шаг. Глаза у Нагисы были красные, щеки опухли, торчащие в разные стороны головы идиотские хвостики растрепались - в сочетании с расфуфыренным платьем и ядовито-голубым пальто все это делало Нагису похожей на злобную обиженную ведьму. – Ты!
- Что? – сухо осведомился Ритсу.
- Ты – урод, Минами! – закричала Нагиса и громко всхлипнула.
- Спасибо, Саган. До встречи, - сдержанно ответил он и, резко развернувшись, зашагал к лестнице. Истерика одноклассницы почему-то возымела успокаивающий эффект: то ли странное удовлетворение от того, что кому-то еще хуже, чем ему, то ли вид конкретно Нагисы в таком состоянии помог ему собраться.
- Эй, ты! Минами! Стой! – Судя по щелчкам каблуков по паркету, девушка пыталась бежать. Ритсу противно усмехнулся и ускорил шаги: верно, побегай на своих шпильках, сломай ногу, угоди в больницу – словом, подари мне месяц-другой покоя.
Нагиса нагнала его уже на лестничном пролете между вторым и третьим этажом – запыхавшаяся, сверкающая глазами, она вцепилась в его сумку. Ритсу раздраженно махнул хвостом и остановился.
- Что тебе нужно? – поинтересовался он, не оборачиваясь.
- Какого черта ты такой спокойный? – прошипела Саган. – Думаешь, если она тебя оставила после уроков поговорить о твоей драгоценной Связи, она к тебе неровно дышит? Так вот, не мечтай даже! Ты в курсе, что она спит с преподавателем Защиты? Так вот, она с ним спит! И еще – с выпускником, который приходит посмотреть соревнования. И с Мики из старшей группы!
Ритсу сжал руки в кулаки. Выученные к завтрашнему семинару приказы вертелись на языке: будь у него Боец, он бы прямо сейчас покончил с ней. Эта истеричка, сплетница и просто круглая дура какого-то черта лезет в его дела, а он не может даже достойно ей ответить! Не лезть же с кулаками на женщину. К тому же, настоящая дуэль, настоящая война должна вестись с помощью слов - это он усвоил с детства.
- Саган, я тебя услышал, - холодно, жестко проговорил он. Боковым зрением он заметил, что Нагиса отпрянула – будто почувствовала всплеск Силы. Теоретически это, конечно, невозможно - только Бойцы способны определять объем энергии друг друга, - но Ритсу хотелось так думать наперекор всем правилам. Он повернулся к ней, и она от неожиданности отступила еще на шаг. – Не могла бы ты оставить меня в покое, глупая женщина?
Нагиса как-то съежилась под его взглядом, опустила голову, притихла – а в следующую секунду у Ритсу зазвенело в ушах: пощечина была звонкой, хлесткой, и наверняка оставила алый отпечаток на бледном лице.
- Что здесь происходит? – приятный женский голос с нижнего лестничного пролета разом отрезвил ребят. Нагиса вскрикнула, будто от боли, и опрометью бросилась вниз мимо учительницы, отчаянно щелкая каблуками. Ритсу опустил глаза, чувствуя себя совершенно опустошенным. Почему именно здесь и именно сейчас? Аска. Агатсума-сенсей. Боец его мечты. Профессионал по Связи. И старшая, замужняя женщина.
Злость на дуру-одноклассницу как рукой сняло. Раздражение улетучилось вместе с Нагисой, и в голове вертелось только напевное Аскино: «Что здесь происходит?..»
Щека горела, очки съехали на кончик носа, хвост болезненно подрагивал, но Ритсу не делал попыток привести себя в порядок.
- Пойдем со мной, Ритсу-кун, - она поманила его рукой и улыбнулась. Сжав зубы, мальчик кивнул.

5.

- Почему Нагиса-кун так разозлилась на тебя? – беззаботно спросила Аска, открывая перед учеником дверь лаборантской. Ритсу еще ни разу тут не был - учительница всегда разговаривала с ним только в классе. Стараясь не показаться слишком любопытным, Ритсу бросил беглый взгляд на противоположную стену, где возле окна стоял обыкновенный учительский стол, накрытый расшитой бело-голубыми бабочками скатертью. Окно также украшали бабочки – бледно-голубые и лиловые, искусно нашитые на полупрозрачную ткань занавесок; морозный воздух, сочащийся сквозь приоткрытую форточку, превращал безжизненные пучки ниток в трепещущие крылья.
- Не знаю, - мальчик быстро опустил глаза. Бабочки заворожили его – странная легкость, одновременно похожая и не похожая на головокружение, охватила его. Наверное, это все от непрошеных слез, выступивших от слишком сильного удара Нагисы... Кто бы мог подумать, что хрупкая девчонка может бить похлеще профессионального боксера?.. Горло саднило - как бывает всегда, когда пытаешься не заплакать, а очень хочется. Ритсу выругался про себя: он не хотел плакать! Это - просто естественная реакция на боль.
- Не знаешь? – в голосе учительницы звенел смех. – Но за что-то же она тебя ударила.
- Не знаю, - упрямо повторил Ритсу, нервно поджав хвост и уши. – Я просто столкнулся с ней на четвертом этаже. Она накричала на меня, а когда я попытался уйти, побежала за мной, швыряясь оскорблениями. – Он поджал губы. Очень хотелось уточнить, что оскорбляла Нагиса именно Агатсуму-сенсей, но повторять слова одноклассницы совершенно не было желания. Да и ябедой Ритсу никогда не слыл.
- Ты ведь не замечаешь, верно? – Аска мягко подтолкнула его к стулу у окна. Усаживаясь, Ритсу позволил себе еще раз оглядеться: по правой стене тянулся шкаф, почти сверху донизу заставленный книгами по Связи и стилистике Боя. На секунду он забыл обо всем: взгляд упал на потертый переплет книги, которую он встречал лишь в списках литературы докторских диссертаций. Усилием воли он заставил себя посмотреть Аске в глаза.
- Чего я не замечаю? – спросил он настороженно.
Аска лишь рассмеялась и распахнула дверцы небольшого шкафчика над столом.
- Сейчас приложу что-нибудь к твоей щеке, - проворковала она. На столе перед учеником выстроились тюбики какой-то мази или крема. – Рука у Нагисы-кун тяжелая, верно? Возможно, будет синяк, и он останется на несколько дней, если не обработать прямо сейчас.
- Спасибо, сенсей. – Ритсу опустил тяжелую сумку на пол рядом со стулом и подвинулся как можно ближе к окну: ветер приятно обдувал горящее лицо. Ему хотелось повторить свой вопрос, но он успел изучить Аску достаточно хорошо. Если она не ответила сразу, она постарается сделать так, чтобы он сам ответил на свой вопрос. Так бывало не раз на уроках.
- Не за что, Ритсу-кун. Повернись-ка.
Мальчик прикрыл глаза, подставляя теплой ладони щеку. В этом вся Аска: любой другой воспользовался бы ватным тампоном, чтобы нанести крем, а она делала это пальцами – «не боялась испачкаться, предпочитая чувствовать все, что делает». По крайней мере, Ритсу казалось, что этот принцип ведения боя, описанный ей в одной из ежемесячных статей по стилистике, она соблюдала и в обычной жизни.
Она осторожно сняла с него очки. Ласкающие движения не облегчали боль, но будто проникали в самые нервы, расслабляя, успокаивая. Ритсу не хотел открывать глаза - он и так знал, что увидит перед собой, даже без очков: Агатсума-сенсей кокетливо склонилась над ним, пара верхних пуговок ее снежно-белой рубашки расстегнута, белые волосы струятся по плечам, из-под челки выглядывает хитрый глаз цвета летнего неба. Рукава закатаны, обнажая тонкие запястья – вот они, руки истинного Бойца, одним легким движением способные разорвать противника в клочья.
Пусть. Пусть Нагиса в чем-то права. Не понимает чертова истеричка одного: Ритсу совершенно не нужно было… тело. Ему противно было слушать подобные обвинения в адрес Аски, но… ревновал он ее только к ее Жертве. К ее мужу. Он мечтал сделать Аску своей.
Да и вообще, она со всеми так себя ведет. Почему женщину, склонную к флирту, сразу нужно клеймить?.. Ритсу снова начал заводиться. Сама Нагиса, например, одевается ужасно пошло - в отличие от Агатсумы-сенсей, предпочитающей обыкновенные рубашки и джинсы. А где ее уши и хвост?.. Ходили слухи, что она очень близка со своей младшей сестрой. Вот извращенка. Помимо прочего, Жертва из нее совершенно никакая. Жертвы должны быть как минимум спокойнее.
- Расслабься, - ласковый шепот заставил его открыть-таки глаза. Аска стояла именно так, как Ритсу себе представлял, только челку она убрала за уши. Она смотрела ему прямо в глаза. – Впрочем, когда ты так напряжен, я острее чувствую твою Силу.
Мальчик замер. Неужели он непроизвольно «включил» Силу, когда подумал об обладании Аской?.. Он знал, что учителя специально «настраиваются» на волну учеников – именно поэтому Жертв учат Бойцы, и наоборот. Но все-таки для неконтролируемого «включения» Силы требуется выполнение определенных упражнений. Ритсу не знал, радоваться ему или беспокоиться: с одной стороны, это могло означать, что он действительно сильнее большинства одноклассников, а с другой – ему будет сложно контролировать это в дальнейшем. В таком состоянии ни в коем случае нельзя рисковать Связью…
- Сенсей, - Ритсу механически облизал пересохшие губы, - скажите мне, кто мой Боец. Мне нужно знать.
Учительница закончила намазывать крем на щеку ученика и бесцеремонно вытерла руку о джинсы, оставляя жирные пятна на бедре. Эта неопрятность, которая так сильно раздражала Ритсу в других людях, Аске безмерно шла.
- Я же говорила тебе утром, Ритсу-кун – это зависит не от меня. Вас обоих нужно подготовить к встрече, и если вы узнаете друг друга раньше времени, это может повлиять на ваши будущие отношения. Тебе ли не знать, как деликатен этот процесс… - Аска подвинула второй стул спинкой к столу и села, закинув ногу на ногу. Ритсу не знал, случайно или намеренно она провела носком туфли по его ноге, но задумываться об этом не хотел.
- Я знаю, - отозвался он тихо. Секунду помолчав, он решился задать волнующий его вопрос: - Агатсума-сенсей, вы сказали, что чувствуете мою Силу. Как?..
Аска склонила голову набок, будто раздумывая, ответить любопытному мальчишке или не стоит. Наконец она улыбнулась.
- Ты очень силен, Ритсу-кун. Очень. В случае успешной установки Связи с твоим Бойцом тебя ждет большое будущее. К сожалению, слишком многое зависит от того, как вы сработаетесь. Сейчас вы оба раскрыты полностью – даже если вы совсем не чувствовали друг друга раньше, это может произойти в любой момент. Именно поэтому я и хочу ускорить этот процесс.
«Это не ответ», хотел возразить Ритсу, но терпеливо ждал, пока учительница продолжит.
- Хорошо, так и быть, я скажу, не хмурься, - Аска притворно поморщилась и откинулась на спинку стула. – Я реагирую на твою Силу. Из твоей группы я четко чувствую только тебя. Твой потенциал не самый высокий в школе, но ты добился полной гармонии со своей Силой – и это делает тебя сильнее всех.
- Но… в последнее время я… - Ритсу хотел промолчать, но слова вырвались сами; в лицо бросилась краска – ни разу еще его так не хвалили. Тем более Аска. Но можно ли считать это похвалой? Наверное, не важно. Аска… реагирует на него. Господи. Черт подери. Гармония? Какая гармония? С тех пор, как он полюбил Аску, Ритсу работал над своей Силой только затем, чтобы приблизиться к ней. Он собрался отрицать сказанное учительницей до последнего – нужно убедиться, добиться всей правды, оценить свои возможности, чтобы решиться на риск… Остановись, Минами-идиот, ты же..!
- …чем-то обеспокоен?.. – ему показалось, или голос Агатсумы-сенсей действительно стал ниже, глубже? – Ну что ты. Неужели ты и впрямь думаешь, что какие-то повседневные мелочи могут повлиять на твою суть? – ее губы были так близко, слова скользили по коже. Слова, слова – хотелось произнести лишь несколько слов, схватить ее за руку, накрыть пальцем пульсирующую венку на запястье, и, не думая, прижаться губами к губам, а дальше – заклинание, всего одно, но резкое, требовательное, связывающее. Он физически чувствовал, как изнутри поднимается его Сила; по его позвоночнику внезапно прокатилась горячая волна, будто кто-то провел по нему раскаленным углем. Не может быть, это ведь..!
- Ритсу!.. – воскликнула она, и видение разбилось, рассыпалось: мальчик открыл глаза, тяжело дыша. Она назвала его просто по имени – почему-то это было первое, о чем он подумал.
- Сенсей..? – выдавил он. Перед глазами все плыло, будто без очков его зрение упало в два раза.
- Дай мне руку. – Теперь хрипотцу в ее голосе было слышно совершенно отчетливо. Ритсу сделал глубокий вдох, повторяя мысленно, как мантру, строчки упражнений из учебника – это всегда успокаивало его, помогало очистить мысли. Сейчас, впрочем, это подействовало с точностью да наоборот: ощущение чего-то мощного, огромного, безудержно рвущегося изнутри достигло апогея. Он вслепую нащупал внезапно похолодевшие пальцы учительницы, соединил их ладони – и тут же все закончилось, размытые контуры лаборантской обрели даже чрезмерную яркость: раскрасневшиеся щеки Аски всего в двух дюймах от его лица казались кроваво-алыми.
- Ритсу-кун…
Он никогда не видел ее такой. Такой… живой. Настоящей.
Но было бы глупо изображать теперь, что он не понял, почему все это только что произошло.
- Простите, сенсей. – Ритсу с усилием отвел глаза и попробовал разнять их руки, но Аска по-прежнему крепко сжимала его ладонь. – Это моя вина. Я… не контролировал себя. Это непростительно.
- Ты совершенно нормально отреагировал на мои слова. – Ритсу удивленно посмотрел на нее: ее улыбка, хотя и слегка нервная, уже ничем не отличалась от обычной, ежедневной, с которой она встречала учеников на пороге класса. Румянец быстро схлынул, блеск в глазах почти погас. Остался только голос… этот странный тембр. Ритсу подавил желание помотать головой: единственное определение этому голосу, пришедшее на ум, было «томный».
- Нормально? Я не должен был… - судорожно попробовал возразить Ритсу.
- Глупости. – Аска тряхнула головой, и выбившаяся из-за уха челка вновь закрыла один глаз. – Я превысила свои полномочия. Ученикам такого не говорят. Впрочем… Мне не хочется называть тебя учеником. Ты – мой коллега, Ритсу. Ты – уже профессионал.
- Я почувствовал свое Имя, - глухо сообщил мальчик. Ее комплименты смущали, заставляли его чувствовать себя куда менее уверенно, но спорить было бесполезно. – Оно у меня на спине.
- Я знаю. И я знаю твое Имя. – Аска улыбалась ему: лучисто, ярко. Интересно, когда эта Связь оборвется?.. Одного прикосновения хватило – они действительно были очень близки в те несколько минут. Ритсу даже не мог припомнить соответствующего примера из книги – Временная Связь с занятым Бойцом с одного касания… Чертовщина. Но он мог бы воспользоваться этим. Есть ли смысл рисковать, особенно теперь, когда сенсей контролирует происходящее?.. Он упустил свой шанс. Сейчас его даже не волновало собственное Имя, которое он также упустил шанс узнать.
- Не переживай так. – Аска вдруг встала и наклонилась над ним – к самым губам. – Ты воспринимаешь все слишком всерьез. Поверь мне.
- Но сенсей… вы же сами говорили…
- Ритсу-тян, все-таки твои одноклассники в чем-то правы. Ты иногда бываешь ужасным занудой. Я ведь знаю, что ты чувствуешь... ко мне.
- Сенсей…
Мир вновь перевернулся, и на этот раз Ритсу действительно не понимал, что происходит. Аска уселась к нему на колени и обвила руками шею. Это было так… неправильно. После той близости, что подарила ему его собственная Сила – так… холодно. Пошло. Абсурдно. Почему она делает это сейчас? Они ведь установили Связь… Их Силы слились воедино, пусть ненадолго… Она ошибается! Черт побери, он чувствует совсем не… это.
- Ритсу-тян, прекрати думать. – Горячий шепот прямо в пушистое ухо. – У тебя очаровательные ушки…
«Не называйте меня на «-тян», я не ребенок!» - подумал Ритсу, и даже открыл рот, чтобы сказать это – но ее губы отрезали все звуки. Ловкие пальцы расстегивали пуговицу за пуговицей. Она взяла его ладонь и положила себе на грудь. Раньше он никогда не замечал, что она не носит лифчик! Следовало ли обращать внимание на такие вещи? Ритсу крепко зажмурился. И это, по мнению Аски, Временная Связь? Что ж. Наверное, с точки зрения обыкновенного шестнадцатилетнего мальчишки – да. Идеальная «временная связь».
Не думать. Пожалуй, иного выхода нет.

6.

Нами сидела на кровати, завернувшись в одеяло, как в кокон. Семь вечера. Восемь. Девять. Нагиса все еще не вернулась. Нами считала минуты, прокручивая в голове то, что хотела ей рассказать… Или скрыть от нее. Второй раз в жизни ей хотелось утаить что-то от сестры – и вновь для ее же блага! – и оставить тайну себе, лелеять ее, хранить в сердце.
Тихо улыбнувшись, Нами зарылась лицом в одеяло. Эта ее тайна была приятной, сладкой, вызывающей восторг.
Ее Имя. Она едва успела разглядеть исчезающие буквы в зеркале – но все-таки успела. Тонкие черточки вдоль позвоночника… Ее Жертва совсем близко. День, два, может быть, три – и она встретит ее. Как ей будут завидовать одноклассники!..
Старшие – с пятнадцати до восемнадцати лет – раздельные группы часто становились предметами осмеяния младших совместных: еще бы, им всем повезло, они встретили свою пару совсем рано, они были счастливы, спокойны. Когда тебе уже семнадцать, а ты - все еще одинокая Жертва, вполне естественно поддаваться панике и болезненно реагировать на насмешки. Интересно, Нагиса переживает, что все еще одна?.. Скорее всего. Иначе она не обиделась бы, наверное. Ну почему, почему Нами повезло встретить свою Жертву раньше, чем старшей сестре – Бойца?..
Нами сжала зубы и свернулась клубком на подушке и попыталась успокоиться. Нагиса должна все понять. Просто должна, если любит ее. Если любит ее хотя бы так же сильно, как Минами Ритсу. Интересно, Ритсу тоже переживает, что у него нет Бойца?.. Может быть. Но он хорошо это скрывает. Нами немного побаивалась этого мальчика: он всегда был таким холодным, отстраненным, всем своим видом показывал, что ему ни до кого нет дела. Наверное, именно это и привлекло старшую сестру: Нагиса привыкла легко получать все, что захочет.
Нами помотала головой: нет смысла ревновать сестру. Глупо. Глупо. Скоро у нее будет другой возлюбленный. Вряд ли ее Жертве понравится, что Боец так сильно зависит от кого-то другого. 
Она повторяла и повторяла свое Имя – губами, не произнося не звука. Ее Имя. Лучшее на свете.
Нами считала минуты. Ей осталось не так много.

***

- Доброе утро, - буркнула Нагиса одноклассникам, усаживаясь на свое привычное место.
Минами еще не появился. Интересно, появится ли? Наверное, у него от вчерашнего неплохой синяк остался. Ну или хотя бы красный след. Конечно, такая глупость вряд ли заставит его прогулять «важный семинар». Придурок.
- Саган, ты в курсе, что Минами даже в сортире конспекты читает? Вот умора, да? – Кайто, один из ее близких приятелей, знал, чем поднять ей настроение. Обычно это сработало бы.
- Ага, кто бы сомневался. – Нагиса извлекла из сумки учебник и конспект. Семинар по ведению боя был совсем, совсем некстати. Особенно учитывая, что вчера у Нагисы совершенно не было сил и времени готовиться.
Вернулась она домой поздно, около одиннадцати, и Нами уже спала. Утром, впрочем, они вместе позавтракали, оделись и пошли в Академию. Нами спокойно улыбалась, и Нагиса, вымотанная вчерашними переживаниями, не решилась вновь заговорить о Бойцах и Жертвах.
Ночью ей снилось, что она стала Бойцом. И не просто Бойцом, а пустым Бойцом. Неожиданно Агатсума-сенсей подошла к ней и объяснила, что ее изначально поместили не в ту группу, и теперь она должна все исправить. Нагиса кричала, вырывалась, но цепкие руки Аски крепко сжимали запястья. Ее приволокли в класс, привязали к учительскому креслу и оставили так до утра. А утром в кабинет по очереди заходили все ее одноклассники, смотрели на нее, как на диковинное животное – даже Нами, ее маленькая сестренка, показывала на нее пальцем и шепталась о чем-то с подругой. Потом все ушли, и остался только Ритсу. Он долго стоял и смотрел на нее, не говоря ни слова. Нагиса плакала, тряслась, просила его сделать ее своим Бойцом – все равно у него до сих пор Бойца нет, а она никогда, никогда не встретит свою пару! Ответа она так и не дождалась, а проснулась со слезами на щеках.
Нужно завязывать с этим. У Нами будет Жертва, у Ритсу когда-нибудь будет Боец, да и у нее самой – тоже. Агатсума-сенсей – сучка, бесспорно, но какое ей, Нагисе, до этого дело?.. Пусть Минами-идиот любит сучку-сенсей до посинения, ей от этого не лучше и не хуже. Ее-то он ненавидит…
Нагиса вздрогнула. В горле образовался комок, не предвещающий ничего хорошего. Все будет хорошо, дура! Нужно просто забыть их. И Нами, и Ритсу. Просто забыть.
Внезапно Нагиса поняла, что в классе стало неестественно тихо. Она подняла глаза от учебника и тут же встретилась взглядом с виновником внезапной минуты молчания.
Минами стоял на пороге класса в своем обычном сером костюме, с обычной сумкой через плечо, белая рубашка была, как обычно, застегнута на все пуговицы. Очки, как всегда, ровно сидели на носу, от вчерашней пощечины не осталось даже пятнышка, а пепельные волосы аккуратно расчесаны на ровный пробор. Над прической Ритсу, как и над всеми деталями его внешности, часто посмеивались: ну какой нормальный парень будет стричься под каре? Сейчас, впрочем, не это явилось причиной такого приветствия.
Да, Ритсу выглядел как обычно. За исключением одной детали.
Минами кивнул классу в знак приветствия и спокойно проследовал к своей парте наискосок от Нагисы. Еще тридцать секунд – и он углубился в повторение конспекта. 
- Саган, это что, обман зрения? – страшным шепотом спросил Кайто.
Нагиса не ответила. Она во все глаза смотрела на макушку Ритсу, где еще вчера красовались в меру пушистые бархатно-серые ушки. Как черно-белое кино в быстрой перемотке, в голове пронеслись кадры вчерашнего вечера: крик, пощечина, Агатсума-сенсей, которая… Нет, не может быть. Она просто вышла на крики. Просто поинтересовалась, что случилось. Максимум - одолжила Минами мазь от синяка, и все. Нет, нет. На такое Агатсума не пойдет. Не может быть.
Наверное, у Ритсу просто есть девушка, которая вчера наконец решилась на это. Просто совпадение. Это было бы очень в стиле Ритсу – скрывать ото всех, что он с кем-то встречается. Конечно, у него есть девушка. И, скорее всего, не из Академии, где его все дразнят. Любая девушка была бы счастлива встречаться с ним, черт возьми!..
- Не верю, что кто-то ему дал, - бесцеремонно продолжал Кайто. – Может, он сам себя..?
- Да заткнись ты! – воскликнула Нагиса. Все тут же обернулись к ней, и она вся похолодела: их взгляды напоминали взгляды из сна. Пытаясь справиться со страхом, она старалась смотреть только на Ритсу. Он как ни в чем не бывало перечитывал конспект. Если бы его ушки были на месте, можно было бы определить, услышал он Кайто или нет – но ушей не было.
- Саган, ты чего? – удивленно спросил Кайто.
- Ничего. Просто заткнись. Это его дело. – Нагиса отвернулась от одноклассника и уставилась в окно. Что сейчас будет? Над ней тоже посмеются? Она сжалась, приготовившись к хору подколок.
- Хорошо, - с сомнением протянул Кайто и вернулся за свою парту. В классе вновь повисло гробовое молчание. Нагиса вздохнула и прикрыла глаза. Да. Так – правильно. Хватит ребячества. Тебе семнадцать или тринадцать, Наги? Ты привыкла, что все тебя любят и слушаются: сестра, приятели, даже мама всегда потакала ей. Никто не мог предвидеть, что найдется человек, не желающий играть по ее правилам.
Никто не планирует влюбленность. Но это не значит, что ей нельзя сопротивляться.
- Доброе утро! – пожилой, но бойкий Арисугава-сенсей зашел в класс и улыбнулся ученикам. Нагиса нехотя встала, и как только сенсей кивнул, плюхнулась обратно на стул, исподлобья глядя на Минами. Ботаник, как всегда, стоял прямо, как солдат. Как же странно видеть его без хвоста…
- Прежде чем мы приступим к опросу, нам нужно сделать важное объявление. Агатсума-сенсей, прошу вас.
Чрезмерно довольная (как показалось Нагисе) Аска вплыла в класс и остановилась у доски. Нагиса внимательно следила за Ритсу - он вежливо ждал объявления и спокойно смотрел на учительницу. Только Нагиса, которая изучала серьезного, занудного одноклассника несколько лет, могла уловить перемену: его глаза не заблестели при появлении Аски, он не подался вперед, чтобы внимать каждому ее слову - он оставался равнодушным, слишком равнодушным. Что же вчера произошло?.. Действительно ли именно она… Нет, это было бы ужасно. Но… может, это и к лучшему? Ритсу явно поменял свое отношение к ней. Или просто старается не показать, что они были близки?..
Нагиса зажмурилась и сжала руки в кулаки. Нужно успокоиться. Просто успокоиться. Сейчас-то что этой сучке нужно? Может, она пришла объявить, что уходит от мужа и теперь будет Бойцом Минами Ритсу? Вот это было бы весело. Достойное продолжение вчерашнего вечера.
- Доброе утро, дорогие мои Жертвы! – Аска сияла. – С удовольствием сообщаю, что кое-кто, присутствующий здесь, сегодня занимается с вами в последний раз. Да-да, один из вас через пару минут познакомится со своим Бойцом! – Аска выдержала эффектную паузу и оглядела класс. Разумеется, теперь все смотрели на нее горящими глазами – все, кроме Ритсу. Нагиса почувствовала, что вот-вот разрыдается. Догадаться, о ком идет речь, было несложно. Неужели ее предположения были недалеки от истины?..
- Итак… - Аска сделала вид, что напряженно размышляет, - Минами Ритсу, подойди к доске, пожалуйста.
Ритсу послушно встал, равнодушно глядя перед собой, и направился к доске. Его проводили шокированными взглядами одиннадцать пар глаз. На задней парте кто-то зашептался.
- Тише! – добродушно предупредил Арисугава-сенсей.
- Хорошо, Ритсу-кун. Встань здесь. Сейчас я представлю твоего Бойца. – Аска выглянула в коридор и поманила кого-то рукой. – Заходи, не волнуйся.
Юные Жертвы, как загипнотизированные, смотрели на дверной проем.
- Познакомься, Ритсу-кун – твой Боец, Нами Саган.
Нами, мертвецки бледная, приблизилась к учительнице. Она смотрела на Ритсу круглыми, испуганными глазами.
Вдруг в левом ряду раздался глухой стук.
- Эй, Саган, что с тобой?.. Нагиса?.. – Кайто и еще несколько ребят тут же бросились к ней. – Она в обмороке, сенсей!

7.

- Нами-кун, ты меня слушаешь? – Агатсума-сенсей устало откинула волосы с лица. – Ты сегодня весь урок спишь.
- Простите, Агатсума-сенсей, - Нами покраснела и встала. – Повторите вопрос, пожалуйста.
Прошло три месяца с тех пор, как Нами стала действующим Бойцом. Сегодняшнее занятие было последним перед первым зачетным боем, а она никак не могла сосредоточиться. Скорее всего, придется работать и на каникулах. Подступающая весна действовала на девушку угнетающе, как и любая перемена времени года.
Сидящий рядом Ритсу прилежно списывал с доски новое упражнение. Нами не раз жалела о том, что ее Жертва так преданно чтит учебный процесс: от Ритсу бесполезно было ждать подсказки на контрольной, чего уж говорить об обычном занятии.
Когда прозвенел звонок и Аска вышла из кабинета, Нами решительно повернулась к своей Жертве.
- Минами-кун, мне нужно с тобой поговорить. О сестре.
Ритсу поднял глаза от тетради.
- Я слушаю, Саган-сан.
Нами принялась нервно теребить косичку.
- Поговори с ней, пожалуйста. Ты ведь знаешь, что она очень болезненно восприняла нашу Связь. Почему вы не можете подружиться?..
- Потому что она недолюбливает меня. – Ритсу пожал плечами и сдержанно, холодно улыбнулся девушке. – И это взаимно. Она излишне эмоциональна.
- Я понимаю. – Нами опустила глаза. – Я знаю, что невежливо просить о таком свою Жертву, но… Минами-кун, мне нужно, чтобы о ней кто-то позаботился.
Ритсу приподнял брови.
- Позаботился? Как? И зачем? Разве она не в состоянии позаботиться о себе сама?
Нами чувствовала его раздражение, хотя внешне Ритсу оставался абсолютно спокойным. Это был плюс их Связи: по крайней мере, Нами знала, что Ритсу способен на эмоции. Она все еще боялась его и всегда беспрекословно слушалась: его приказы были точными, четкими, выверенными, его стиль вызывал безграничное восхищение, и Нами переживала, что никогда не сможет достичь его уровня. Он всегда был с ней строг и подчеркнуто вежлив – просить его подружиться с сестрой было безнадежно, она это знала. Но должна была попробовать – больше никого у нее не было.
- Очень скоро я… не смогу быть с ней. – Голос Нами дрожал. – Я не говорила ей, никто в Академии не знает, и ты, наверное, рассердишься на меня, но…
- Что? – Ритсу нахмурился.
- Я… больна. – Нами схватила его за руку, как никогда раньше не делала. Ритсу сжал ее запястье, и она тут же почувствовала себя легче: он уже сейчас умел поддерживать ее с помощью Силы, хотя проходить эту тему они будут только следующей осенью. – Я не знаю, сколько проживу. Прости, Минами-кун.
Ритсу отпустил ее руку. Он молча смотрел в ее лицо, задумчиво нахмурившись.
- Значит, я скоро останусь без Бойца, - подытожил он.
- Да, - прошептала Нами. – Через пару лет.
- Чем ты больна? – вежливо поинтересовался он.
- Это важно? – так же тихо отозвалась Нами.
- Наверное, нет. – Ритсу вновь пожал плечами. – Значит, ты просишь меня позаботиться о Нагисе, когда ты умрешь.
Нами вздрогнула. В его устах это звучало резко, окончательно, неоспоримо – он озвучил ее главный страх, так просто, так жестоко.
- Да. Прошу тебя.
- Ничего не могу обещать, - Ритсу поправил очки. – Ты идешь в столовую?
- Да… да, пойдем. – Нами встала, неуклюже отодвинув стул. Ритсу в одну секунду заставил ее принять, признать скорое будущее, будто приказом. Больно. Как же больно. Внезапно она поняла, что забыла привести свой последний довод. Она схватила Жертву за плечо и быстро проговорила: – Минами-кун, моя сестра влюблена в тебя. 
Ритсу замер и странно посмотрел на своего Бойца. Наверное, он шокирован. Нами на его месте точно сильно удивилась бы. Нагиса всегда говорила ему в лицо одни гадости, и только человек, хорошо ее знающий, мог догадаться о ее истинных чувствах. Ритсу долго молчал, и Нами уже решила, что он не ответит, но он вдруг заговорил:
- Ты считаешь, что это как-то повлияет на мое решение?
Нами смутилась. Лгать ему было бесполезно.
- Я думала, что… возможно, повлияет.
- Ясно.
Ритсу направился к двери, и Нами последовала за ним. Молчание Ритсу будто сдавливало девушке шею: с каждым шагом голова кружилась все сильнее.
В дверях столовой они столкнулись с Кайто.
- Эй, Минами, слышал, что Агатсума-сенсей беременна? – противным голосом спросил он, неприязненно косясь на Нами. Девушка подозревала, что Кайто был влюблен в ее сестру, и теперь ненавидел Нами заодно с Ритсу. – Директор говорил, три месяца уже. Теперь тебе уж точно ничего не светит!
Он прошел мимо, посмеиваясь. Нами подняла глаза на свою Жертву. Она хотела сказать ему что-нибудь ободряющее, но слова застряли в горле: Ритсу побледнел как полотно, венка на шее подрагивала, темно-серые, цвета грозового неба, глаза загорелись странным, страшным огнем.
- Саган-сан, мне нужно ненадолго отлучиться, - неживым голосом произнес Ритсу. – Если я задержусь, скажи Арисугаве-сенсею, что я нехорошо себя чувствую.
- Минами-кун, что с тобой?..
Ритсу посмотрел на нее, как на привидение.
- Это правда? То, что сказал Кайто? – спросил он.
- Да… - Нами непонимающе нахмурилась. – Я слышала, как директор говорил об этом вчера в столовой. Он предлагал Агатсуме-сенсей пораньше уйти в отпуск, чтобы больше времени проводить с мужем. К тому же, по ней видно, что с ней что-то не так. – Девушка смущенно улыбнулась. – Она какое-то время была бледная, особенно по утрам. Помнишь, она неожиданно выбежала из класса пару недель назад, на первом уроке?
Ритсу кивнул. Он выглядел так, будто его ударили в живот.
- Мне надо идти. Увидимся на уроке.
- Хорошо. – Нами проводила его взглядом. Есть совершенно не хотелось: она пошла в столовую только потому, что Ритсу хотел пойти в столовую. Обняв себя руками, Нами прислонилась к стене. Значит, Кайто прав? Минами-кун влюблен в учительницу? Новая волна жалости к сестре охватила девушку. Нагиса… сестренка, сестренка, чем же ты заслужила это? Чем?..

***

Резкий, нервный стук в дверь лаборантской оторвал Аску от проверки контрольных.
- Кто там? – непривычно раздраженный голос заставил мальчика вздрогнуть. – Заходите, только быстро.
- Агатсума-сенсей, это Минами. – Он заглянул в кабинет и, дождавшись кивка учительницы, перешагнул порог.
- Что случилось, Ритсу-кун? – спросила она.
Ритсу не решался подойти ближе. Почему он не замечал этого раньше? Она приходила на работу усталой, часто повышала голос на учеников, а теперь, когда он пригляделся, было очевидно: она слегка пополнела. Пока еще слегка. «Ты не замечал этого потому, что не хотел замечать», подумал он, ругая себя. Хотел избавиться от наваждения, хотел забыть о случившемся – и тебе это удалось, Минами, отлично удалось. Сосредоточился на своем Бойце, отрекаясь от расколовшейся мечты – и вот результат. Вырвать из сердца Аску оказалось даже слишком легко после того, что произошло в тот вечер. А вот о последствиях задуматься не пришло в голову.
- Я хотел поговорить с вами, сенсей. Это важно. – Гигантским усилием воли мальчик сохранял спокойствие. 
- Садись, - Аска кивнула на тот самый стул, на котором она сидела тогда. – Я немного занята, как видишь.
Ритсу послушно сел и в упор посмотрел на учительницу. Нет смысла ходить вокруг да около. Проще сразу задать прямой вопрос. Вопрос – как приказ: чем четче он оформлен, тем больше вероятность получить адекватный ответ. «Приказ – сложнейшее, с точки зрения его формулирования, заклинание, поскольку приказ не должен заключать в себе противоречий. Противоречивый приказ может нанести Бойцу непоправимый урон». Почему глупые определения из учебника лезут в голову именно сейчас?.. Да потому, что учебники – единственное, что хоть в какой-то степени неизменно и постоянно в его жизни. Его Боец скоро умрет. Его влюбленность обернулась хаосом. Его бывшая одноклассница, которую он считал бельмом на своем глазу, испытывает к нему нежные чувства. Столько всего в один час – это слишком, даже для профессионала.
- Я хочу знать, Агатсума-сенсей, являюсь ли я отцом вашего ребенка.
Бабочки на занавесках вдруг затрепетали, обеспокоенные свежим весенним ветерком, и Ритсу сжал руки в кулаки. Приказ едва не слетел с губ: «Нами, пронзи их сотней игл. Как можно острее».
Аска посмотрела на него холодно, едва ли не презрительно. Ритсу стало противно: божественной красоты лицо исказилось, будто отражение в кривом зеркале.
- Значит, по школе ходит слух о моей беременности. – Ей удалось взять себя в руки: голос звучал спокойно. Мальчик подавил облегченный вздох. – Это ничего. Такую новость нельзя не обсуждать. Однако я не могу понять, каким образом это касается тебя, Ритсу-кун.
Атака. Защита. Вновь удар. Ты ведь знаешь ее стиль наизусть, и хоть ты не Боец, ты можешь добиться победы. Соберись, Ритсу.
- Если вы помните, около трех месяцев назад, двадцать шестого января, мы состояли в интимной близости – на этом самом столе. Насколько мне известно, срок вашей беременности составляет три месяца. Если принять во внимание этот факт, можно заключить, что ваше состояние касается меня напрямую, и мой вопрос более чем актуален.
Звук собственного голоса немного успокоил мальчика. Этот разговор – не более чем промежуточный зачет по теории ведения боя. Главное – говорить уверенно и знать, что говоришь верно.
- Ритсу-кун, ты забываешься. – Аска оценила его выпад, это было очевидно. По крайней мере, она больше не смотрела в тетрадь: все ее внимание было сосредоточено на ученике. – Мне не хотелось говорить тебе этого, но, судя по всему, придется. Наша близость, как ты изящно выразился, была лишь моей прихотью. Ты никоим образом не несешь за это ответственности, какими бы ни были последствия. Кроме тебя, с таким же вопросом ко мне могли бы обратиться еще двое.
- Я понимал это и тогда, Агатсума-сенсей. Поэтому все-таки требую ответа.
- Упрямый мальчишка. – Аска проигрывала. – Хорошо. Поскольку я уважаю тебя как Жертву и, если помнишь, считаю тебя своим коллегой, я отвечу. Но ответ тебе не понравится.
Сдается? Неужели так быстро? Ритсу заставил себя улыбнуться уголками губ.
- Благодарю за комплименты. Это лишнее. Я слушаю вас, сенсей.
- Я не знаю, кто отец моего ребенка. – Аска ядовито улыбнулась. – Поэтому советую тебе забыть о нем раз и навсегда. Свободен, Ритсу-кун.
Из легких будто выкачали весь воздух. Она нанесла удар исподтишка – когда он уже уверовал в свою победу. Ритсу резко встал. Она победила. Настаивать на каких-либо тестах и проверках бессмысленно: Аска ни за что не позволит делу получить огласку. Она права, он – всего лишь упрямый мальчишка, и ее комплименты – злая ирония, отвратительная насмешка.
- В таком случае, удачи, Агатсума-сенсей.
- До встречи, Ритсу-кун. Не забудь, что послезавтра у тебя зачет, а Нами-кун еще нужны тренировки.
- Конечно, сенсей. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы подготовить ее.

***

Ритсу аккуратно прикрыл за собой дверь лаборантской. Нужно идти на урок. До звонка осталось семь минут – возможно, он даже успеет покурить. Перед глазами все плыло, как будто он действительно только что проиграл бой и все еще не оправился от оков, созданных Бойцом противника. Невидящим взглядом он оглядел коридор, пытаясь заставить себя двигаться – и, к его удивлению, в коридоре кто-то был.
- Минами. – Голос девушки дрожал, в глазах стояли слезы. – Я все слышала.
- Саган. – Ритсу снял очки и устало прикрыл глаза рукой. – Тебя не учили, что подслушивать – невежливо?
- Мне нужно было показать ей долги, иначе меня не допустили бы к экзамену, - запинаясь, проговорила Нагиса. – Я случайно подслушала. Прости.
- Какого черта ты плачешь, женщина? – Ритсу вновь надел очки и в упор посмотрел на бывшую одноклассницу. «Минами-кун, моя сестра влюблена в тебя. Позаботься о ней, когда меня не станет». Какого черта на него сваливают подобную ответственность?! Женщины… Вот она, женская логика: если они в тебя влюблены, ты обязан отвечать за них. А если ты в них влюблен… ответственности не несешь никакой.
- Я… Прости.
Эта Нагиса казалась тенью той Нагисы, что дала ему пощечину три месяца назад. Она похудела, дерзкие хвостики безжизненно свисали вдоль шеи, пальцы неконтролируемо дрожали. И она извинялась перед ним – непонятно за что.
- Идем, - строго произнес Ритсу, хватая девушку за руку. – Пойдем, Саган, и я, черт возьми, сделаю то, чего хочет твоя сестра. Я о тебе позабочусь.
- Что? Нами? Я не понимаю… - каблучки Нагисы нервно застучали по паркету. – Не так быстро, Ритсу, я же упаду…
- Постарайся не упасть, - бросил он, быстро поднимаясь по лестнице. Раздался звонок, и он вздрогнул от неожиданности, но не остановился. Коридор четвертого этажа был пуст.
- Заходи. – Он распахнул перед ней дверь мужского туалета. Гнев на Аску, Нами, Нагису и жалость к самому себе заставляли его двигаться, он слабо представлял себе, что собирается делать с ней – в виски стучалась кровь и Сила, в уши – давние слова Нагисы: «Она – шлюха! Она спит еще с двумя парнями!»
- Что? Мужской туалет? Ритсу… - Нагиса громко всхлипнула. Он грубо подтолкнул ее внутрь и запер за собой дверь – внешний замок, изрядно потрепанный маленькими вандалами, держался на двух гвоздях, но работал. То, что Нагиса вдруг начала называть его просто по имени, рассердило его еще больше.
- Ты любишь меня, Саган? – бросил он ей в лицо, швыряя сумку на пол.
- Я… Нами сказала тебе? – пролепетала девушка. Из ее глаз вновь покатились слезы – ручьем, Ритсу даже не знал, что слез может быть так много сразу.
- Верно. Мой Боец сообщил мне. – Он прижал Нагису к стене. Она пахла чем-то вишневым – шампунем или пеной для ванн. В первый раз он заметил, что выше нее больше, чем на голову. И он терпел насмешки от маленькой хрупкой женщины?..
- Ритсу, что ты делаешь, отпусти меня, перестань, - шептала Нагиса, обнимая его за плечи. – Прекрати, пожалуйста, что же ты делаешь…
- Ты прекрасно знаешь, что я делаю, - он одной рукой рванул молнию ее платья. – Утешаю тебя. Забочусь о тебе.
- Ритсу… - Нагиса прогнулась ему навстречу, привстала на носках, дотянулась губами до его губ - и Ритсу позволил ей поцеловать себя.

***

Жадно закуривая, Ритсу опустился на пол. Нагиса опустилась рядом, бросив попытки застегнуться.
- Прости меня, - хрипло произнесла она.
- Все в порядке, - отозвался Ритсу устало. – Моя вина. Забудь об этом.
- Хорошо. Если ты хочешь.
Нагиса достала салфетки и принялась восстанавливать макияж.
- Ты была права, - вдруг сказал Ритсу, выпуская дым в потолок. – И не такая уж ты дура, хотя твой голос меня ужасно раздражает.
Нагиса несмело улыбнулась ему и, взяв свежую салфетку, отерла след фиолетовой помады с его щеки.

***

Эпилог

- Глупая смерть для Бойца ее уровня...
- Расследование ведется. Есть мнение, что убийство...
- Хорошо, что ребенок был в детском саду.
- У них был ребенок?..
- Минами-сенсей! Наконец-то вы здесь!
Да. Здесь. После часовой гонки.
Его разбудил звонок.
Строгий, грустный голос. Подтекст соболезнования. Соболезнования чему? Смерти или жизни? И если жизни - то чьей? Ребенка или взрослого?
- Я ненавижу детей, Токугава-сенсей. Не-на-ви-жу.
- Ритсу-кун, это же ребенок твоей...
- Что?
- Коллеги. Твоей коллеги. И бывшей учительницы.
Коллеги. Точно.
- Я не могу оспорить ее завещание?
- Боюсь, что нет.
- Хорошо. Я выезжаю. 

Конец.

Отредактировано Anaya (2010-04-08 20:31:59)

0

2

Акаме-сан в восторге. Целую ваши руки, Аная-чан =)

0

3

.|Nisei
Я рада, что понравилось^__^ впрочем, фик не мой, так что руки можно целовать автору.

0

4

Anaya, но нашли-то его вы) так что вам, вам.

0


Вы здесь » Loveless forever... » Фанфики по Loveless » "Связи", R